interes2012 (interes2012) wrote,
interes2012
interes2012

Category:

Operation Dark Heart / Операция «Темное Сердце» - часть 5

Я направился в свой офис и метнулся к компьютеру так быстро, как только мог. «Совершенно верно», - напечатал я. «Наши ребята сообщают, что это ключевое место, связанное с ранее известной деятельностью Талибана, возможно связанной с муллой Омаром. Что у тебя есть? V / R, Тони.».
Почти сразу у меня зазвонил телефон.
«Тони, какого черта ты работаешь так поздно?». Я догадался, что это Рэй. У него был грубый голос, широкий нью-йоркский акцент и деловой стиль.
«Я всегда работаю», - сказал я. «Я никогда не вернусь в палатку. Слишком много людей. Чертовски жарко.».
«Обычно вы закрываетесь после пяти», - сказал он.
«Не сейчас», - сказал я. «Обычно я бываю здесь до одиннадцати или двенадцати каждую ночь».
«Это хорошо для меня», - сказал Рэй. «Я встречаюсь с моими парнями сегодня вечером. Мне нужно кое-что проверить. Сможете ли вы об этом позаботиться?».
«Абсолютно», - сказал я.
Через час Рэй прислал мне список вопросов. «Вы видите, есть ли у вас что-нибудь на этих парней?»
«Это те, кого отслеживают ваши оперативники?».
«Да», - сказал он. Он колебался, и я распознал полуправду. «Сортировка. Я пытаюсь разобраться, какие из этих парней являются настоящими целями, а какие нет. Некоторые из них часто пересекают границу, и мы не можем понять, что происходит. Можешь проверить их?».
«Ты получишь это», - сказал я. «Вернемся к этому завтра утром».
На следующее утро я проинформировал LTC об отчете Рэя и задал им его вопросы. К концу утра два аналитика разведки Корпуса морской пехоты собрали информацию LTC о списке активов Рэя. Они предоставили новую информацию и данные на 80 процентов имен. Я отправил эту информацию Рэю по электронной почте. По большей части эти имена возникли в связи с муллой Омаром. Некоторые из них были известными пособниками Талибана, и я предложил Рэю стать нашим первым фокус-сборщиком разведданных.
Около полуночи я получил короткое электронное письмо. «Информация, которую я получил из источника, заключается в том, что Сподвижник собирается сегодня вечером встретиться со своим контактом в Талибане». Рэй назвал координату местоположения. «Есть интерес?». Сподвижниками были парни, за которыми мы пристально следили из-за прямых связей с известными плохими парнями. Это были торговцы оружием и финансисты, которые обеспечивали талибов оружием и деньгами. Некоторые из них также становились важными участниками возрождающейся незаконной торговли наркотиками. Этот Сподвижник был ключевой частью обнаруженной нами команды талибов, готовящейся к боевым действиям, и люди Дэйва некоторое время были сосредоточены на нём.
«Подождите, я перезвоню вам», - ответил я.
Я подошел к Дэйву. «Вот что у нас есть. Что вы думаете?».
«Это прекрасно», - сказал Дэйв. «Это совпадает с некоторыми данными, которые у нас есть об этом парне. Пойдем поговорим с начальником отдела операций, чтобы узнать, не хотят ли они что-нибудь сделать.».
Дэйв и я пошли поговорить с подполковником Рафаэлем Торресом, руководителем совместной огневой поддержки CJTF 180, который контролировал боевую мощь: пушки, ракеты и авиацию.
«Рафаэль, у нас есть информация. Другие источники, а также мой, указали на пособника». Дэйв изложил ситуацию.
Торрес широко улыбнулся. Он вызвал юриста, который опросил нас и просмотрел папку с разведданными на предмет юридической достаточности, чтобы понять, хватит ли их.
«Что вы думаете о побочном ущербе?» он спросил.
«Никакого», - ответил я. «По нашей информации, похоже, что рядом с мишенью находятся только истинно верующие».
«Действуйте», - ответил он.
Торрес направился к большому совету, чтобы поговорить с полковником Робертом Олтом, G3 (операционным директором) CJTF 180, пока мы с Дейвом консультировались на открытой площадке.
«Можете ли вы получить дополнительную информацию от Рэя, когда он будет разговаривать со своими ребятами, чтобы мы могли сфокусировать наш SIGINT на всей активности в этом районе?» - спросил Дэйв.
«Кроме того», - добавил он, - «дайте мне информацию обо всех ребятах Рэя, чтобы мы случайно не сделали с ними что-нибудь».
«Отличная идея», - сказал я. В своем офисе я отправил Рэю электронное письмо. «Мы координируем действия, но нам нужна информация обо всех ваших ребятах».
Торрес вернулся. «Олт хочет разбомбить сборище».
«Звучит здорово для нас», - сказал я.
«Над заливом парит бомбардировщик B-1. Мы можем положить JDAM. («Глупые бомбы», оснащенные технологией «умных бомб».) Мы, вероятно, сможем положить немного железа в цель примерно за полчаса». [JDAM – Joint Direct Attack Munition – комплект оборудования на основе технологии GPS, преобразующий существующие свободнопадающие бомбы во всепогодные высокоточные боеприпасы]
«Хорошо», - сказал Дэйв.
Я позвонил Рэю, чтобы поставить его в известность, что ему надо вытащить оттуда задницы своих парней на время бомбежки, а затем вернуть их туда после атаки, чтобы проверить, кого накрыло бомбовым ударом.
Конечно же, вскоре я получил подтверждающее письмо. Я подошел к Дэйву, чтобы проверить болтовню по телефону. Целевой телефон молчал. Вместо этого ассоциированные с ним телефоны болтали о явной бомбардировке группы.
Чел. Этот парень Рэй был золотым.
У нас с Дэйвом уже был разговор об обмене информацией, и теперь она может начать приносить плоды.
Начали поступать данные Рэя о Талибане. У него были сети информаторов – граждан Афганистана – по всей южной части страны. Сам Рэй перемещался между военной базой США в Кандагаре и передовой оперативной базой спецназа (FOB) [Special Forces’ forward operating base] в горах к северу от города.
Он мог делать то, что не мог делать никто другой, и был бесстрашным.
Рэй докладывал Рэнди, командиру нашего кабульского отряда, но из-за местоположения Рэя, стажа, опыта и независимости он мог выполнять свою работу без участия Рэнди. Итак, Рэнди отпустил Рэя, чтобы он работал на меня непосредственно в Операционном центре HUMINT. Это дало Рэю свободу сосредоточиться на оперативных потребностях текущих боевых операций и выполнять сбор разведданных для предстоящих операций. Это помогло так, как мы даже не ожидали.
10-я Горная начала развертывание своих войск в определенных местах, и CJTF 180 запустили Mountain Viper 30 августа, когда силы коалиции нанесли воздушный удар по горам возле Дех-Чопан в провинции Забул, чтобы очистить территорию от сил талибов.
У нас было множество логистических и кадровых проблем. Мы не могли войти в Пакистан за талибами, поэтому нам пришлось ждать, пока они войдут в Афганистан. Однако из-за численности войск Соединенные Штаты не могли быстро менять позиции и консолидироваться. Мы должны были опередить талибов, думая о том, где враг нанесет следующий удар.
Это должна была быть гигантская шахматная партия.
У 10-й горной была хорошая концепция. Стратегия была defilade [Подразделение или позиция находятся «в дефиладе», если используются естественные или искусственные препятствия для защиты или укрытия]: встать перед подъездными путями талибов и укрыться, пользуясь местностью, чтобы они не вели enfilading огонь [Enfilade – если огонь оружия может быть направлен по его самой длинной оси, то есть это обстрел атакующих по всей длине их колонны] или не пытались обойти с флангов.
Однако им нужна была от нас важная информация: некоторые из мест, где Талибан будет осуществлять пополнение запасов, основные передвижения войск, то, как Талибан будет командовать, и где будет их командование и контроль. Мы знали, что у Талибана есть лагеря – тренировочные или плацдармы – действующие недалеко от Кандагара и в провинции Орузган, где находится родная деревня муллы Омара.
Работая до поздней ночи, Рэй и я предоставили информацию планировщикам, подтвержденную информацией Дэйва и фотографиями Джона Хэя, чтобы заполнить пробелы в разведывательных данных планировщиков. Информаторы Рэя наблюдали за дорогами, пытаясь понять, что происходит. Его люди выяснили, что противник будет использовать мотоциклы на всех этапах операции: для командования и управления, для пополнения запасов и для пополнения численности во время гибели людей. Мы научились следить за мотоциклами; они были перевозчиками для более крупных систем сбора. Когда они появлялись в долине, мы знали, что надо начинать ориентироваться на них.
Мы пытались сократить бюрократию так, чтобы информация, имеющая практическое значение, могла быть перемещена прямо с момента получения к людям, которые действительно могли что-то с ней сделать.
Затем, совершенно неожиданно, мы захватили сотрудницу пакистанской разведки. 10-я горная захватила её в Ховсте, когда отряд талибов атаковал там американский форпост.
У нее были пакистанские документы, и она пыталась заявить, что просто мониторила ситуацию в Афганистане для своей страны. Мониторинг, дери её в жопу. Она была из ISI [Inter-Services Intelligence] – Директорат межведомственной разведки; пакистанская разведка. Мерзкая команда. Они сыграли большую роль в создании Талибана, и мы не сомневались, что она собирала для них разведданные. Мы уже знали, что ISI дает талибам советы о том, как лучше защитить себя от наших систем наблюдения.
Её перевезли обратно на BCP [Bagram Collection Point – Пункт сбора Баграм]. На допросах она отказывалась колоться, но мы не нуждались в ней. У нас были данные на неё. Разведка подтвердила, что она была ISI, потому что мы отслеживали, как она разговаривала с другими членами ISI по мобильному телефону. Что не менее важно, теперь у нас были четкие и прямые доказательства того, что паки замешаны в наступлении. С этого момента я считал любого в пакистанской униформе противником.
Однажды ночью, когда я работал, ко мне подошла Кейт Риз. Именно на её компьютере я мельком увидел пару этих красивых ног в свой первый день в SCIF. По вечерам у нее появилась привычка заходить в мою часть палатки, чтобы поздороваться. У 10-й горной были сети низкоуровневых источников, которые иногда пересекались с нашими, которые охотились за более крупными парнями. Её работа заключалась в том, чтобы в одночасье собрать информацию для отчета для утреннего брифинга генерала Вайнса, посмотреть на поступающую новую информацию и указать требования к сбору разведданных (то, что им нужно было знать и найти) для 10-й горного подразделения сбора разведданных в полевых условиях.
«Я иду в палатку для отдыха за сигарой», - сказала она. «Хочешь одну?»
Я обернулся и с удивлением посмотрел на неё. «Сигара?». Не часто женщина просит вас разделить с ней перерыв на сигару. Я был в середине электронного письма Рэю. «Дай мне закончить, и я вернусь примерно через 5 минут».
Я курил сигары много лет назад, сразу после завершения Фермы. Некоторое время у меня не было ни одной, но мысль об этом звучала хорошо.
Кейт принесла мне еще один. Это были маленькие Partagas [Кубинские сигары], которые курились минут двадцать. Разговор между нами был легким. Сначала обсудили насущные проблемы, потом фильмы, потом семью. Ей было 24 года, она приехала из отдаленного городка на Аляске, до которого можно было добраться самолетом. Помимо Натали Портман, она также напомнила мне Хилари Суонк из фильма «Insomnia», где Суонк сыграла свеженького местного детектива, расследующего странное убийство в городке на Аляске. Тот же серьезный стиль, но те же карие глаза, скулы и улыбка. Кейт пошла в армию, когда ей было двадцать. Как и я, два десятилетия спустя она прошла разведывательную подготовку в форте Уачука, и мы обменялись историями о разочарованиях и переживаниях там.
Приятно было приятно побеседовать посреди этого хаоса. К тому же между нами определенно было влечение. Это было нормально – она была разлучена со своим мужем, который был парнем на фотографии на её компьютере, - и мои отношения тоже закончились. Тем не менее, я был осторожен.
У нас появилась привычка раз в ночь, около полуночи, делать перерыв на сигару. Она заходила ко мне после того, как ее начальный всплеск работы был закончен, и садилась на стол рядом со мной, поставив ноги на стул, пока я работал, а затем мы направлялись к месту отдыха. У нее был сигарный хьюмидор [шкатулка для хранения сигар], и я купил кубинские сигары в итальянском магазине PX [Post Exchange – пункт обмена] в Кабуле, когда командовал конвоями в город, и подарил их хьюмидору. Вскоре она с дробовиком охраняла меня примерно раз в неделю в конвоях.
Время, проведенное с ней, было небольшим, хотя и желанным, отвлечением от общей миссии против наступления Талибана.
Сразу после начала боевых действий Mountain Viper Рэй позвонил мне поздно ночью. Его голос был настойчивым.
«Тони, у меня есть признаки того, что около этой деревни у нас есть талибы размером с роту». Он назвал координаты – это была Дех Чопан, в 100 милях к северо-востоку от Кандагара и одна из немногих деревень в сельской провинции Забул. Одна из его афганских команд находилась в этом районе. Это было в центре деятельности талибов. «Мы думаем, что утром они захватят это место».
«Спросите своих парней, есть ли в этом районе какие-нибудь паки [прозвище пакистанцев]», - сказал я ему. «Я поговорю с Дэйвом и посмотрю, что он сможет получить от SIGINT».
Я пошел в офис Дэйва. Он всё ещё работал. «Я только что получил это от Рэя: элементы Талибана размером с роту направились в Дех Чопан. Что вы думаете?». Я дал ему координаты сетки.
«Позвольте мне поговорить с капитаном Ноулз», - сказал он и повернулся к нашему новозеландскому аналитику. Новозеландцы работали с Дэйвом в SCIF, хотя они не были авторизованы для прохода в палатку HUMINT.
Капитан Мэри Ноулз подняла глаза от своего стола. «У меня есть признаки активности в этом районе».
Дэйв и я направились за пределы SCIF к месту Fires [Fires – объединенные системы, обеспечивающие коллективное и скоординированное использование сухопутного огня, артиллерии, противовоздушной и противоракетной обороны, авиации] в Оперативном центре и поймали Торреса.
«У нас есть враги размером с роту. По словам моих людей, есть активность, и парни наблюдают за целью. Они готовы взять деревню, - сказал ему Дэйв.
«Вы уверены?» - отрезал Торрес.
«Есть признаки того, что старейшина села сопротивляется их продвижению. Он сказал им прогуляться, так что они войдут туда силой. Можем ли мы послать кого-нибудь защищать его?» - спросил Дэйв.
«Да, у нас есть рота в 10 километрах дальше, в горах», - сказал Торрес. Он думал вслух. «Возможно, мы сможем перебросить их по воздуху поближе. Мне придется уточнить у авиации. Давай соберемся в 02-00 и решим, что делать дальше.
Торрес выдал новости Олту, а затем ребятам из авиации. Оказалось, что рядом с одной из передовых баз находилась группа «Чинуков» и «Апачей», которые получали дозаправку. Торрес дал ему словесный frago (фрагментарный) приказ изменить существующий порядок, а затем через несколько минут направил письменный запрос.
Около 01:00 я получил электронное письмо от Рэя. «Мне позвонил один из моих парней. Они находятся примерно в одном километре от позиции талибов. Талибан рассредоточивается», растворяется в сельской местности, ожидая, чтобы вскоре начать наступление на деревню.
«Есть ли признаки HVT [high-value targets – высокоприоритетные цели] в этом районе?» - Я отправил запрос по электронной почте. HVT – это такие важные цели, как бен Ладен, Хекматияр и мулла Омар, за которыми было поручено следить руководящей лидерской группе (LTC).
«Нет».
Это было очень плохо для LTC, но это означало, что мы можем идти с пушками, изрыгающими огонь.
«Сообщение для тебя будет через час», - ответил я.
В 02:00 мы все собрались за столом перед большой доской SCIF.
«Что у тебя?» - Спросил Торрес.
«Есть признаки того, что на данный момент они рассредоточиваются». Враг знал местность. Многие из них были из этого района, были завербованы и отправились в Пакистан для обучения и вернулись, чтобы попытаться захватить эти районы для талибов.
Торрес удовлетворенно кивнул. «Это хорошие новости. Я собираюсь перебросить парней из 10-й горной в деревню, пока они ещё рассредоточены, и пошлю отряд в тыл – к востоку от деревни – чтобы отрезать их». Нам пришлось заблокировать дорогу на Дех Чопан, потому что мы знали, что они восполняют запасы посредством мотоциклов. Мы не хотели, чтобы они получали подкрепление из Пакистана.
Торрес подошел к карте. «Можете рассказать мне, как они устроились?»
Я провел рукой по хребту к юго-востоку от деревни. «Они там. Есть признаки того, что они затаились и попытаются атаковать на рассвете.
Мы разошлись, и я отправил Рэю электронное письмо. «Убедитесь, что ваши парни знают, что в этом районе есть войска».
«Что тебе нужно сейчас?» - ответил он по электронной почте.
«Держите одного из своих парней на дороге, чтобы наблюдать за ними. Сообщите, когда они начнут двигаться».
«Ожидайте», - написал он в ответ.
Мы с Дэйвом разговаривали друг с другом, намечая всё на карте. Торрес сообщил нам, что ребята из 10-й горной должны были занять позиции до рассвета. Они заходили с северо-запада, чтобы можно было спокойно передвигаться.
Я вернулся к телефонному разговору с Рэем. «Мои ребята говорят мне, что ACM [anticoalition militia – ополчение антикоалиции] начинают продвигаться к деревне. Они идут с востока и юго-востока».
Это то, чего мы ждали. Талибы атаковали.

7
СИЛА НА СИЛУ (FORCE ON FORCE)

За последние 5 дней небольшой отряд из двух усиленных рот солдат 10-го горного полка и горстки солдат спецназа, вместе с поддержкой Афганской национальной армии карабкался вверх и вниз по грёбаным горам в постоянном взаимодействии с ACM дальше к северу от Дэх Чопан. (ACM были Антикоалиционным Ополчением… Талибаном для вас или меня.) Официально это была боевая бригада, которая в действительности не могла сравниться с численностью батальона. Тот факт, что эти дети могли выдерживать такой уровень стресса, был свидетельством их подготовки и лидерских качеств.
В SCIF Торрес приказал полковнику Олту дать полный спектр приказов, чтобы привести в движение людей, вертолеты и материальные средства, чтобы попытаться защитить Дех Чопан. На спутниковых снимках Роба я осмотрел толстостенные глиняные хижины в маленькой деревне. Они напомнили мне Бедрок, мультяшный городок, в котором жили Флинтстоуны. На мгновение было интересно рассмотреть Талибан как сборище Фредов Флинстоунов. Неа. Я не мог припомнить, чтобы когда-либо видел жирный Талибан.
Десятки одетых в DCU [Desert Camouflage Uniform – Пустынный камуфляж] офицеров, сидящих в оперативной палатке размером с баскетбольную площадку, которая подвергалась периодическим ураганным порывам ветра, сотрясающими палатку до каркаса, начали рассылать информацию и приказы командирам солдат и авиаторов для постановки сложного балета разрушения.
Благодаря подробным сведениям, которые мы получили от средств Рэя, и постоянному подтверждению от JSTARS [Joint STARS – самолёт боевого управления и целеуказания], находящегося на орбите над Индийским океаном, должно было произойти крупное сражение. Мы верили, что у нас есть преимущество. Опять же, это был Афганистан. Мы имеем дело с ожесточенным отрядом бойцов-самоубийц, которые знали местность лучше нас.
Через несколько минут в авиационные подразделения были отправлены электронные сообщения от дежурных офицеров в Оперативном центре с указанием полета трех CH-47 и двух AH-64 Apache, которые были готовы к безопасному перехвату двух усиленных рот пехоты, которые, как мы надеялись, пройдут примерно 60 миль менее чем за 8 часов, чтобы застать талибов врасплох, прежде чем те успеют войти в деревню. Их бы подобрали ближе к рассвету, в пересеченной горной местности. Пилоты CH-47 научились, адаптировались и стали опытными в управлении массивных двухроторных вертолетов средней грузоподъемности в этой среде. Во многом CH-47 оказался лучшим боевым вертолётом в горах, чем однороторный UH-60 Black Hawk из-за превосходной подъемной силы двух роторов.
В полночь командиры рот и взводы 10-й горнострелковой бригады будут ютиться в холодных горах, получая и обсуждая свои новые инструкции. На небольших временных командных постах они будут сидеть под обрывом или в маленькой глиняной хижине, которую они нашли и заняли, изучая подробные карты в красном свете фонарей [красный фильтр позволяет сохранить способность глаза различать детали местности в сумерки и одновременно светить в карту] для проведения спешного планирования и оценки лучших подходов к Дех Чопан. Погода, известная и ожидаемая сила Талибана, сроки, количество MRE [«Meal, Ready-to-Eat» - «Пища, готовая к употреблению», сухой паёк], которым каждый мужчина должен был поддерживать себя во время нападения, и, что наиболее важно, какие отряды будут проводить нападение / оккупацию, а какие будут назначены для выполнения «завершающей атаки», чтобы отрезать пути и помешать Талибану отступить обратно в Пакистан – все эти факторы. Им пришлось бы также предотвратить подкрепление или пополнение запасов сотнями мотоциклетных курьеров, которых талибы теперь использовали для поддержки своего вторжения.
Молодые солдаты, поверившие пропаганде, должно быть думали, что Афганистан станет легкой прогулкой. Война здесь закончилась, да? Об этом писали все газеты. Рамсфелд заявил об этом. Талибан побежден, и Аль-Каида – лишь шепот в темных глубинах затерянных горных деревень.
Правильно.
Теперь, основываясь на чьей-то оперативной идее, эти джи-ай [G.I. – government (правительство) + issue (задание) – солдат армии США] пришли в движение. В ту ночь я сидел за столом, смотрел на экран своего компьютера и думал о том, что должно было произойти. Эти дети, в большинстве своем не старше 20 лет, верили, что кто-то там (я и остальная часть разведывательной группы CJTF 180) знает, что, черт возьми, мы делаем.
Временами мне было трудно представить, что моя работа – давать задания, собирать, восстанавливать и распространять информацию, а затем рекомендовать действия – будет означать жизнь или смерть для этих храбрых молодых людей. Трудно было увидеть результаты насилия, которое я совершил в виде разбомбленного хребта – или, может быть, даже тела, которое было нашим собственным.
Недавно я присутствовал на церемонии почестей Navy SEAL [Navy SEAL (Sea – море, Air – воздух, Land – земля) – Подразделение специального назначения Военно-морских сил США, боевые пловцы, Девиз - «Единственный лёгкий день был вчера»]. Все – и я имею в виду всех – в Баграме пришли на бульвар Дисней (асфальтированная дорога, которая пролегала через Баграм параллельно взлетно-посадочной полосе) и оказали почести, маршируя мимо. Близился закат, и вдоль дороги стояли люди плечом к плечу. Для Баграма наступило жуткое затишье, когда боевые пловцы шли строем. В гражданской одежде и с бородами грубые оперативники выглядели как разношерстная группа ренегатов, но они шагали строем чётко и уверенно. Просто знайте, что эти парни были настоящими воинами, настоящими патриотами, и что эта смерть глубоко на них повлияла.
В ту ночь в SCIF я размышлял о своем «оружии» - компьютере, телефоне и о своем многолетнем опыте работы в разведке. Моя миссия заключалась в том, чтобы сделать всё возможное, чтобы помочь этим солдатам оставаться эффективными, смертоносными и всегда в нужном месте в нужное время.
Я никогда не чувствовал своей ответственности так сильно, как в ту ночь.
Связь между действием и противодействием, решением и исполнением; приемом и выполнением концепций; это было использование разведывательной информации в чистом виде, чтобы повлиять на реальный бой.
Эта 10-я горная группа братьев была крещена методами современной войны, отбив жизненно важный горный перевал Moray всего несколькими днями ранее, но у них не было времени отпраздновать или отметить это событие чем-то большим, чем нацарапать несколько записей в личных дневниках.
С приказом CJTF 180, предписывающим солдатам собраться в районе сбора для перехвата, CH-47s были дозаправлены топливом и взлетали, а экипажи – собирали две роты очень усталой пехоты, мчась по тихим горам, всегда внимательно отслеживая, не появится ли характерное свечение ракеты SA-7 [«Стрела-2» - советская зенитная управляемая ракета, полностью скопированная с американской ракеты «Редай»] или Stinger [американский переносной зенитно-ракетный комплекс], взлетающей из темных участков склона горы полулунной ночью.
На подветренной стороне плато на высоте чуть более 5000 футов была устроена небольшая зона приземления с использованием химических источников света, которые горели в инфракрасном спектре, так что любой без очков ночного видения (NVG) [Night-Vision Goggles] не мог их видеть, но они чётко и ясно были видны авиаторам, когда они приближались к зоне высадки. Два отделения были размещены на ключевых точках хребта и вокруг них для обеспечения безопасности и, при необходимости, подавления огня на случай нападения талибов во время консолидации войск и погрузки на вертолеты.
С приближением рассвета, когда на восточном горизонте виднелся лишь лёгкий намек зарождающегося рассвета, три CH-47s вышли на место встречи. В тени, наблюдая, как приближается тёмный, похожий на кита силуэт, половина джи-ай будет тосковать по чашечке кофе, остальные будут хотеть курить. Всем было бы интересно, будет ли это день, когда в перестрелке случится что-то плохое.
В то время как два пучеглазых «Апача» двигались медленными кругами вокруг зоны высадки, пилоты сканировали горы в поисках признаков Талибана, используя FLIR [Forward-Looking Infra-Red – инфракрасное обнаружение] своих систем вооружения. Порывы тайфуна обрушились на солдат, которые сейчас притаились в тени хребта, готовясь к быстрому продвижению в относительную теплоту брюха СН-47. К этому моменту вели часы работы, подготовки и синхронизации. Люди и машина стали одним целым, поднявшись в начало позднего афганского рассвета.
Шестьдесят миль передвижения к зоне высадки у Deh Chopan было быстрым, менее чем за час от одной LZ к другой, даже с окольным маршрутом, предназначенным для того, чтобы сбить с толку возможных наблюдателей и не дать им понять, куда направляются штурмовые силы.
Небольшая группа спецназа подготовила зону высадки к северо-западу от Дех Чопан и приготовилась принять прибывающие 10-е горные войска. Рассвет был неудобным временем дня, когда очки ночного видения были неэффективны, и было трудно различить что-либо, кроме серых и фиолетовых форм. Когда войска отойдут от Чинуков, их выведут на невысокие холмы, тянущиеся вдоль долины к северо-западу от Дех Чопан.
Три вертолета пробыли на земле менее 5 минут, захватив большую часть двух компаний. Один взлетел с усиленным отрядом солдат, который должен был быть размещен рядом с блокирующей позицией, к востоку от всё ещё спящей деревни, чтобы перекрыть дорогу и предотвратить возможное прибытие подкрепления.
Небо было почти голубым и коричнево-оранжевым, когда солнце двигалось над восточными горами. Солдаты проверили бы свое оружие, провели заключительные репетиции, а затем нашли бы тихие места, чтобы разбиться на группы и съесть свои MRE на завтрак. Офицеры и старшие унтер-офицеры на своих недавно созданных импровизированных командных пунктах просмотрели карты, теперь уже при дневном свете, в последний раз, и завершили свои планы атаки и синхронизировали передвижения войск. В течение часа войска пойдут маршем к деревне наблюдать за порядком, а разведчики и снайперы будут на полкилометра впереди.
Теперь всё было готово, и всё указывало на то, что передвижение прошло незамеченным для талибов. Это означало, что кавалерия будет минимально в игре. Теперь мы посмотрим, смогут ли они попасть в город раньше талибов и избежать непреднамеренного убийства парней Рэя, которые тоже были в городе.
Молодые люди, многие из которых двенадцать месяцев назад играли в Tom Clancy’s Splinter Cell на своих Xbox, теперь выросли. В своей новой реальности многие из них были размещены пикетами вокруг штурмовых элементов или незаметно двигались на добрых полкилометра впереди, опережая силы, которые готовились прорваться в Дех Чопан. Всем грозила перспектива нового вооруженного столкновения с боевиками Талибана.
Хотя в то время мы этого не знали, но мы были уверены, что подобные подозрительные сцены будут повторяться снова и снова в течение следующих шести лет. Повторятся те же обстоятельства: коалиция и афганские силы будут сражаться за свои позиции в сотнях деревень, таких как Дех Чопан, по всему региону, удерживая их достаточно долго, чтобы вытеснить талибов, а затем уйти, чтобы увидеть, как талибы вновь появятся в этом районе без сопротивления.
Под бдительным взором почти невидимых шпионов Рэя, отряд разведчиков 10-й горной, не встретивший сопротивления и незамеченный талибами, вошел в деревню и без происшествий обеспечил безопасность по её периметру. Когда эти солдаты осторожно вошли в деревню, состоящую из дюжины или около того зданий из сырцового кирпича, которые были немного темнее, чем узор их пустынного камуфляжа, жители деревни, в основном мужчины в традиционных шляпах хаджи и развевающихся одеждах, наблюдали за ними с пониманием и терпением.
Хотя офицеры и унтер-офицеры 10-й горной не доверяли горстке солдат Афганской национальной армии (ANA), назначенных им в качестве разведчиков, в миссии, которая требовала большого доверия и автономии они полагались на них, как на острие движущихся основных сил, чтобы занять и обезопасить деревню. Это была их территория, поэтому было бы справедливо, если бы они вошли первыми.
Позднее летнее солнце стояло высоко в голубом небе, и тени были короткими, когда две стороны вступили в это сражение - солдаты 21 века и цивилизованное общество против воинов с менталитетом 10-го века, хотя и использующих современное огнестрельное оружие для усиления их древних прав на убийство неверных.
Талибан не оставил сомнений в том, что они были повстанцами (они же партизаны, нелегальные солдаты, бандиты и т.д.). Они не носили никакой формы; все они выглядели так же, как любой другой афганец, живущий в горах, но их вооружение и манера передвижения давали достаточное основание для действий в соответствии с действующими правилами ведения боевых действий. Это должна была быть законная и достойная перестрелка.
Пока меня там не было, я мог со своего места в Баграме представить, как все закончилось: в течение 5 минут солдаты ANA выстроились бы в очередь, лицом к лицу с талибами, когда они медленно и неосторожно двинулись к деревне. Остальные боевые силы коалиции попадут в неровный полумесяц, идущий с северо-запада на юго-восток от деревни, с выпуклостью на северо-востоке сразу за деревней.
Два отряда пулеметчиков (SAW) будут установлены справа и слева от солдат ANA, которых легко отличить от американских войск по их боевой униформе (BDU) с лесным узором. SAW не только добавили бы огневой поддержки к бою, но и создали поле огня слева и справа от основной зоны засады, чтобы попытаться удержать противника в центре.
Я мог только представить, что первые 30 секунд боя были почти комичными. Повстанец Талибана, находившийся теперь менее чем в 50 метрах от первого глиняного здания, мог взглянуть на низкую стену в самом конце здания. Он смотрел на стену, продолжая идти к центру деревни. Он видел солдата АНА в его позиции дефилады – и они смотрели друг на друга.
Возможно, это было недоверие к тому, что солдаты ANA могли находиться в деревне, которая вот-вот будет оккупирована талибами, возможно, это был настоящий шок, но по какой-то причине талибы и солдаты ANA смотрели друг на друга еще 30 секунд, пока повстанцы талибов продолжали идти. вперед со своими приятелями.
В конце концов, во время, должно быть, вспышки осознания, повстанец из Талибана выкрикнет предупреждение своим товарищам, теперь показывая на две дюжины солдат ANA и сообщая о полном разоблачении.
Ад вырвется наружу, и свинцовая стена поприветствует повстанцев. Талибан накроет шок и ступор, поскольку большинство из них застынет на месте – их разум перейдет в «черное» состояние, в котором исчезают все тонкие моторные навыки, а все основные функции тела будут сосредоточены на подготовке тела к битве, и «туннельное зрение» сфокусирует чувства и замедлит время.
Попасть в ловушку в перестрелке никогда не бывает хорошо, и в течение 30 секунд половина талибов упадёт мёртвыми, а остальные побегут к гребню, с которого они только что спустились, или к горному хребту к северу от реки. Лишь горстке талибов удалось сделать в ответ несколько выстрелов из своих АК-47 в направлении деревни и сил коалиции. Все пули будут шальными и ни в кого не попадут.
Капитан запросил авиаудар, его радист сменил частоту, чтобы он говорил напрямую с самолетом B-1, который сейчас находится на орбите над океаном, в 500 милях от деревни (несколько минут полета для B-1) на 40000 футов, с брюхом, полным бомб JDAM.
Навигатор / бомбардир B-1 запрограммировал геокорды (географические координаты) на JDAM в заливе, когда B-1 двигался по оси, которая должна была привести его в точку в пределах 25 миль от Дех Чопан.
К настоящему времени перестрелка будет длиться меньше 20 минут и уже окончена. Тем не менее, Талибан собирался получить второй сюрприз за утро.
Невзирая на это, сбежавшие бойцы Талибана показались бы вдоль горного хребта, насмехаясь над войсками коалиции, надеясь, что солдаты попытаются проследить за ними и выйти на выбранную ими местность, что дало бы им преимущество.
«Gecko, ожидайте», - пришло сообщение об ударе.
Нацеливание бомб заняло около 5 минут – решения были подключены, и бомбовый отсек открылся, когда B-1 снизил скорость с десятиминутного почти сверхзвукового рывка в сторону Афганистана до более разумных 250 узлов для безопасного полета и эффективного сброса бомб.
«Бомбы готовы», - сказал бомбардир пилоту, который уже открыл отсек и теперь проверял скорость полета, чтобы убедиться в безопасном выпуске бомб.
«Сброс», - сказал бомбардир, когда шесть JDAM скатились с вращающейся бомбовой системы в разряженный чистый воздух.
В полной тишине для войск внизу, большие грибы из черного и серого дыма начнут распускаться на линии хребта прямо к северу от Дех Чопан – за ними через несколько секунд раздастся звук (и сила) ударной волны.
Так закончилась битва за Дех Чопан. Менее чем за 30 минут силы талибов численностью 80 человек сократились до менее чем дюжины боеспособных бойцов, почти 40 из которых были убиты, а почти все остальные каким-то образом ранены.
Ребята Рэя в деревне доложили об успехе перестрелки и разрушения JDAM оставшихся талибов на хребте. Откровенно говоря, количество убитых было низким, потому что по крайней мере дюжина боевиков была испарена почти прямым попаданием JDAM – им просто нечего было сосчитать.
Это было разрекламировано как одна из первых успешных интеграций тактической тайной человеческой разведки в крупное боевое сражение в Афганистане. Скептики «темных искусств», такие как полковник Негро и заместитель командира CJTF 180, бригадный генерал Бэгби, которые всегда считали, что мы, привидения, не стоят тех проблем, которые мы приносим, стали смотреть на вещи по-другому. Это были хорошие новости, но за хорошими новостями пришла реальность: хотя мы выиграли этот раунд, это было только начало.

Все главы - https://interes2012.livejournal.com/237312.html
Tags: cia, dark heart, dia, mountain viper, nsa, operation dark heart, seal, special force, special ops, АНБ, Америка, Баграм, Кабул, Кандагар, СВУ, США, ЦРУ, агентство национальной безопасности, афганистан, бен Ладен, бомба, военная разведка, военные мемуары, мемуары, министерство обороны, морские котики, операция, офицер, пакистан, политика, разведчик, рамсфельд, рейнджеры, спецназ, тайные операции, талибан, талибы, темное сердце, террористы, тони, фбр, фото, чинук, чоппер, шаффер, шпионаж, энтони шаффер
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments